«Алиса в стране чудес» — еще одно вкусное пирожное Тима Бертона

Сказка Льюиса Кэрролла об Алисе и так известна, как одна из самых чудливых и странноватых книжек. Но еще страньше она стала, когда известный сказочник Голливуда режиссер Тим Бертон решил взяться за эту историю.

Смесь таких своеобразных и самобытных сказочников, как Бертон и Кэрролл, равносильна тому, чтобы поднести спичку к фейерверку: все вокруг озарится тысячами ярких звезд – брызгами фантазии, ярких идей находок, искрометных фраз и диалогов, фонтанами чудес, калейдоскопом эмоций. Очень опасно, но эффектно… впрочем, такой и получилась новая «Алиса».

Этот фильм — один из таких случаев, когда режиссер заслонил собой все произведение-первоисточник. Индивидуалист Бертон не любит снимать дословные экранизации. Ему нравится вдохновляться каким-то произведением искусства – будь то книга или мюзикл, а потом переиначивать их по своему вкусу и желанию. Стоит вспомнить хотя бы «Сонную лощину» Вашингтона Ирвинга или же «Чарли и шоколадную фабрику» Роальда Даля.

В новой «Алисе» режиссер не только соединил две кэрролловские истории о Стране Чудес и Зазеркалье воедино, но и ввел новых персонажей, а сюжет и вовсе перевернул с ног на голову. Главная героиня оказывается в стране своих грез много лет спустя, смутно помня о первом путешествии. Теперь она убегает сюда не от скучной книги, которую ей некогда читала сестра, а от не менее скучного и назойливого жениха. И вот она снова устремляется вниз по кроличьей норе, обнаруживает стеклянный столик с ключиком и потайную дверку, складывается как подзорная труба и … дальше совпадения с «Алисой» Кэрролла кончаются. Теперь главная героиня узнает, что ей придется, увы, не распивать чаи с безумной троицей или играть в крокет в Дамой Червей, а бороться со свирепым Бармаглотом в рыцарских доспехах с помощью Вострого меча.

На первый взгляд, между «Алисой» Бертона и Кэрролла нет ничего общего кроме персонажей. Но обе эти сказки для взрослых объединяет в первую очередь атмосфера – непонятная и загадочная, местами мрачная и жутковатая. Ведь по сути Страна Чудес хоть и выглядит ярко и привлекательно, как подарок в яркой упаковке, но на самом деле не понятно, что же у нее внутри? Конечно, в книге Алисе не приходилось облачаться в латы и сражаться с чудовищем, а только бродить по Стране Чудес как на странной и познавательно экскурсии, разглядывая волшебный мир. Но по идее, произведение Кэрролла более жуткое, чем фильм, ведь там главной героине приходится претерпеть кучу всего: то она тонет в собственных слезах, то ее собираются поджарить в кроличьем домике, а потом она чуть не лишилась головы. Кинолента Бертона кажется даже менее страшной и сложной — здесь все лежит на поверхности, все понятно: есть конкретный враг в виде Красной королевы и ее опасной животины – Бармаглота, которых Алисе нужно одолеть. А текст Кэрролла – это загадка за семью печатями. И хоть там нет конкретных отрицательных персонажей, нет монстров, которых нужно победить, но весь этот сумбур, постоянная непонятность, неясность, какие-то вычурные и безумные персонажи, их стишки и диалоги оставляют смешанное, непонятное ощущение.

Книга Кэрролла хороша тем, что в ней есть место для собственной фантазии, она – окно в бесконечность. Поэтому для режиссеров здесь полная благодать – можно придумывать, сколько хочешь, чем Бертон, по сути, и занялся. Сказка не подразумевалась совсем как детская, поэтому не обошлось фирменных бертоновских штучек — вываливающийся глаз у монстра Брандошмыга, отрубленные головы вместо болотных кочек, пальчики мертвецов в составе жидкости «Выпей меня». Мало того, все пейзажи очень похожи на некоторые из предыдущих фильмов Тима, особенно на «Сонную лощину». Вот лес с опадающими золотистыми листьями, по которому Шляпник несет Алису к замку Белой королевы. Он совсем как тот, по которому ехал констебль Икабот Крэйн. Мельница, рядом с которой сидит безумная троица напоминает ту, где герои той же«Сонной лощины» боролись с всадником без головы. Ну и, конечно же, мрачный лес с причудливо изогнувшимися деревьями – тоже типичный пейзаж в стиле Бертона.

Даже в персонажах «Алисы» есть что-то от героев из других фильмов режиссера. Безумный Шляпник чем-то похож на Эдварда руки-ножницы своей чудаковатостью, несуразной прической и жутковатой внешностью. Оба они, как говорится, на лицо ужасные, но добрые внутри – трогательные и даже романтичные существа, которые на деле создают прекрасные вещи: один – скульптуры из деревьев, другой изготавливает необычные шляпы.
Что до Чеширского кота в новой «Алисе» – то внешне это пушистый и мордатый толстячок, парящий в воздухе и исчезающий в самый неподходящий момент. Пусть глаза у кота большие и трогательные, сияющие изумрудным светом, но под ними кроется целая пасть с россыпью острых клычков не хуже, чем у Брандошмыга. Прямо как в книге: «Вид у Кота был добродушный; но только уж длинные когти и зубов полон рот – все это внушало почтение». У Бертона Кот вызывает почтение не только зубами, но бесконечным обаянием. Правда ему не хочется марать в предстоящем сражении свои мохнатые когтистые лапы, а разговоры о кровопролитии и вовсе портят Чеширу аппетит.

Как и полагается, в сказочном эпосе помимо чудища должен быть злодей, который этим чудищем управляет. В фильме виновницей всех недоразумений, творящихся в Стране Чудес, стала Красная королева, которую за глаза жители страны называют Кровавой ведьмой. Эта дама вполне себе истеричная взбалмошная особа, готовая рубить всем головы направо и налево, даже за то, что кто-то скушал ее королевский торт. Ее окружают уродливые придворные в целом напоминающие людей, только с преувеличенными частями тела – то необъятный живот, то торчащий нос, то гигантские уши. Да и не мудрено, ведь у самой королевы неестественно большая голова, которой она, кстати, очень гордится.

Ее сестрица – Белая королева — обладательница совершенно нормальной головы и мягкого сердца. Белая и воздушная, как пирожное, она парит по своему ослепительному мраморному дворцу и просит, чтобы ее придворные разговаривали с деревьями как можно ласковее. Королева такая нежная и совсем не булатная, что сама не может разобраться со своей сестрой и вернуть в Страну чудес мир. Поэтому ей нужен бравный воин, который с помощью Вострого Меча одолеет Бармаглота – домашнего любимца Красной королевы и по совместительству свирепого чудища.

Таким воином, как ни странно, становится Алиса, потому что она и булатнее всех остальных, да и в Оракулуме (летописи Страны Чудес) так сказано.
Тим Бертон не стал выдумывать какой-то необычной Алисы для своего фильма, и сделал главную героиню очень похожей на диснеевскую – светловолосой девочкой в голубом платьице. Еще до выхода фильма Бертона ругали за то, что он сделал свою главную героиню такой заурядной, тогда как в всех остальных персонажей попытались сделать с изюминкой. Но, если подумать, этот типаж бледной белокурой девушки у режиссера кочует из фильма в фильм: взлюбленная Эдварда Руки-ножницы, Катрина Ван Тассель из «Сонной лощины», дочь Суинни Тодда…. Тем более что такая Алиса выглядит чужой и даже беззащитной на фоне всего яркого и режущего глаза безумия опасной Страны Чудес.

Только теперь Алиса уже не такая наивная малышка, «…доверчивая, готовая поверить в самую невозможную небыль и принять ее с безграничным доверием мечтательницы…», — как писал о ней Льюис Кэрролл. Взрослая Алиса стала как будто бы рассудительнее серьезнее, она до последнего момента не верит в существование Страны Чудес, думая, что это всего лишь сон. «Вот проснусь, а вас нет как нет», — говорит она обитателям воображаемой страны. Да и они думают, что Алиса-то не та, это другая, это ложная Алиса.

И правда, нет в ней тех пленительности и обаяния, что были в книге. Нет той загадочности и неуловимости, какой-то двойственности, будто в ней живут две девочки – настоящая и зазеркальная. Книжная Алиса постоянно разговаривает сама с собой и дает себе полезные советы. А еще она каждый момент разная: то необычайно наивна, то рассудительна как взрослая, то вежлива и учтива, то бестактна до крайности, то весела и беззаботна, то тоскует и плачет. Но, несмотря на эту сложность, Алиса у Кэрролла всегда какая-то легкая, какая-то ускользающая, пленительная и неуловимая, она сама осколочек Страны Чудес… Бертоновская Алиса как будто бы опустилась на землю, утратила свое эфемерное очарование и стала совсем не той.

В фильме она девушка с твердым характером и сложившимися принципами. Ей претят все условности, навязанные обществом, раздражают интриги, что в нем плетутся, заставляют зевать пустые разговоры, которые ведут люди из высшего света. Алисе все не терпится вырваться из тесного корсета и отправится покорять какие-то дали, именно поэтому она в конце фильма уплывает куда-то на корабле от своей прошлой жизни. Такое чувство, что она освобождается от всех страхов, проблем и иллюзий, оставляя за спиной то окружение, которое ее душило и стесняло. Кажется, что и «единственный кошмар» — сон о Стране Чудес, про который говорит Алиса, перестанет ее мучить.

Было бы делом неблагодарным упрекать Тима Бертона в том, что он переиначил «Алису» по своему вкусу. Это личное дело каждого художника. Он создал свой мир, чем-то напоминающий прошлые сказки, и даже персонажей для новой истории взял проверенных. Незачем винить и саму главную героиню нового фильма — это другая сказка и другой типаж. Поэтому Алиса, которая в рыцарских латах одолевает чудище — совсем не та девочка, которая блуждает по загадочной и немного безумной Стране Чудес. Целью Кэррола было создать необычный мир, полный таинств, парадоксов, а потом показать его глазами удивляющейся и любопытной девочки. У Бертона же иная цель: создать киноленту, приятную для созерцания и удобную для восприятия – с линейным и привычным героическим сюжетом, где добро борется со злом. Ведь чем любопытна книга Кэрролла? В ней по сути нет отрицательных и положительных героев, она вообще не про добро и зло или какие-то подобные категории. А про что именно? Кто знает…

С бертоновским фильмом все проще – и посмотреть отрадно и искать тайных смыслов не надо. Возможно даже, что на фоне непонятного, запутанного авторского кино, выпускаемого сейчас пачками, незамысловатая и симпатичная «Алиса в Стране Чудес» Тима Бертона будет отличным отдыхом. Бывают моменты, когда не стоит для успокоения души заниматься самокопанием, а лучше пойти и съесть вкусное пирожное для поднятия настроения. Так и фильм Бертона – не для тех, кто ищет ответа на свои вопросы, а просто желает получить кусочек чего-то сладкого и приятного.

См. также:

Настоящий Алиса – такой славный мальчишка!

Кажется, череда неоднозначных с точки зрения гендерных характеристик главных героев из единичных завуалированных всполохов превратилась наконец в жирную красную линию, а кинематограф радостно встретил 2010 год аж тремя фильмами, переосмысляющими классическое литературное наследие. Это «Шерлок Холмс» с преувеличенной нежностью отношений Великого сыщика и его друга Уотсона, это «Дориан Грей» со сценой, от которой мужчины в зрительных залах взрываются бурей негодования, теперь вот – «Алиса в Стране Чудес»…………..

Алиса в 3D-сятом царстве

Алиса в латах – не девочка, но и не мальчик. Она – андрогин / ангел. Известно, что Спенсера на создание образа Бельфеб вдохновила королева Елизавета – главная сексуальная личина, сияющая золотистым светом. Можно предположить, что Алиса-Элис (прямо как Серафита-Серафитус Бальзака), Белая королева и Красная – три стадии Луны, через которые символически проходит Елизавета……………

Льюис (или) Кэрролл?

Оригинальная «Алиса» хороша прежде всего тем, что там никто не спасает мир. И что там, по большому счету, вообще никто ничего не спасает (ситуация совсем не типичная для сказок, и уж тем более — для Голливуда). «Алиса» Кэрролла — это история-грёза. «Алиса» Бёртона — махровая эпопея. У сновидения свои законы, у героического эпоса — свои: тут как с конем-тяжеловозом и трепетной пушкинской ланью: в одну телегу их впрячь не можно. Злопастный Брандашмыг — это злопастный Брандашмыг, а грозно рыкающая мохнатая туша с ящеричным хвостом — всего лишь очередное фэнтезийное чудовище. Точно так же и Бармаглот, едва только он приобретает драконье (да и вообще хоть какое-то) обличье, автоматически перестает быть Бармаглотом…………………

2 comments for “«Алиса в стране чудес» — еще одно вкусное пирожное Тима Бертона

  1. Pingback: Аноним
  2. Виктор
    17.08.2011 at 20:33

    Мне близка точка зрения этого автора: http://blog.flicker.org.ru/2010/03/124/comment-page-1/#comment-11723

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.