Прерафаэлитский экфрасис в английском филологическом романе конца ХХ века (А.С. Байетт, Д. Харвуд, Д. Харрис). Дипломная работа.

Д.Э. Миллес. Портрет девочки, 1857

Д.Э. Миллес. Портрет девочки, 1857

В конце июня 2014 года я защитила дипломную работу, посвящённую функциям прерафаэлитского экфрасиса в английском филологическом романе конца ХХ века. Любовь к английской культуре в целом, к прерафаэлитам и современному английскому роману в частности мне годами прививала Екатерина Петровна Барановская. Именно она является фактическим научным руководителем данного дипломного сочинения, что бы ни значилось в безжизненных документах университетской канцелярии.

Из этой любви, а также зачарованности несколькими образами, почерпнутыми из лекций Екатерины Петровны и книги Камиллы Пальи «Личины сексуальности», и вырос сей страстный, эмоционально окрашенный филологический текст. Я попыталась доказать, что архетип Великой матери (К.Г. Юнг), коренившийся в сердцевине на первый взгляд патриархальной Викторианской культуры, был раньше и острее всех осознан и явлен миру художниками-прерафаэлитами. Рефлексия о противоречивой природе Викторианской эпохи, совмещающей в себе традицию и прогресс, стремление к новизне и умение оглядываться назад, к архаическим истокам Цивилизации и Культуры, находит отражение в романах таких современных авторов, как А.С. Байетт, Д. Харрис, Д. Харвуд. Английская филологическая культура обладает преемственностью, что позволяет авторам романов заниматься «реконструкцией» (О. Толстых) и «ресемантизацией» (Е. Яценко), не позволяя связям между временами и поколениями ослабнуть. Таким образом, современный английский роман представляет собой своеобразный «уроборос»: в эпоху «пост-«, на пике «зрелости», он — через ХIХ век, прерафаэлитский экфрасис — «отбрасывает», возвращает читателя в древнее «сердце тьмы», делая сферу культуры напряжённой, даже опасной для бестревожного «потребителя».

И благодатной для филолога. Мысли о «древней Матери-Ночи» (К. Палья), чьи очертания проступают сквозь лики «прерафаэлитских мадонн», о «клиновидной сердцевине тьмы» меня странным образом умиротворяют. Думаю об этом, как миссис Рэмзи из романа В. Вулф «На маяк»:

«Всегдашнее — хлопотливое, широкое, звонкое — улетучивается; и с ощущением праздника ты убываешь, сокращаешься до самой себя — клиновидная сердцевина тьмы, недоступная постороннему взгляду. Когда жизнь опадает, открывается безграничная ширь возможностей. <…> Сердцевина тьмы может куда угодно проникнуть — никто не увидит. Её не остановить. Вот она — свобода, вот он — мир, вот — и это главное — на чём можно расправиться, успокоиться, передохнуть».

Скачать дипломную работу можно по данной ссылке.

Альтернативная ссылка.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.