Годзилла Mon Amour: Песнь навсегда ушедшему вослед

Тоскую лишь о былом,
Тогда любили прекрасное
Отзывчивые сердца.
Я зажился. Невесело
Стареть в этом мрачном мире.

Сайгё

Прежде всего
Прежде всего, она была прекрасна.

Годзилла 80-х

Годзилла 80-х

В словах этих нет ни толики иронии или, хуже того, снобистского выпендрёжа. Она действительно была прекрасна – Годзилла из моего далёкого детства, конечно же, уже образца эпохи Хэйсэй, 1984 года.

Её физиогномия, исключительная харизма и проникающий в душу насквозь взгляд на крупных планах не могли не очаровать.

И даже понимание того, что согласно официальной мифологии франшизы Годзилла – самец, не способно отвергнуть от сказанного выше.

Сама неукротимость и неотвратимость её естества позволяет рассматривать Годзиллу исключительно как выразителя женской природы – неистовой, необузданной.

Мы встретимся вновь.
Каким будет этот день –
В осенней листве
Или скрытый под снегом?
И кто тогда будем мы?

 

Всего делов
Всего делов-то, – возразит мне иной здравомыслящий, – второсортные киношки про огромную ящерицу с атомной отрыжкой. Какую поэзию можно в этом найти?

И как поспорить с этим? Ведь фильмы о Годзилле (как и весь жанр кайдзю) действительно забубёнейший трэш (разве только первый фильм является исключением – не зря же Empire поставил его на почётное 31-е место в списке 100 лучших фильмов всех времён и народов, – но он ещё и не функционировал в рамках жанра, а создавал его).

Из кинофильма «Годзилла» (1954)

Из кинофильма «Годзилла» (1954)

Но как в самой природе трэша, спекулирующего на самых базовых для каждого человека комплексах, есть некоторая несомненная притягательность, так и Годзилла не могла не поражать.

На съемках фильмов 50-60-х гг

На съемках фильмов 50-60-х гг

Мне памятны те детские впечатления, когда ни линии электропередач под высочайшим напряжением, ни Мехагодзилла, ни даже жизни отважных героев, которые они приносили в жертву судьбе (вот момент крушения мироздания, ведь с точки зрения и европейского, и советского мировосприятия за жизни, брошенные на алтарь, не могло не воздаться) – ничто не могло остановить Годзиллу, как барабанную дробь Оскара Мацерата.

И этой неукротимой поступью она проходила через все фильмы сериала – Годзилла бежала, хвостиком махнула и пол-Токио снесла… Уже в 1969 году канадец Марв Ньюленд гениально передал эту неотвратимость в мультфильме «Бэмби встречает Годзиллу» – он выложен на YouTube, пусть и в скверном качестве, не пожалейте каких-то полутора минут.

Нектаром пьяна,
Бабочка улетает,
Оставив цветок –
Вот к счастью путь: не любить,
Никого и никогда.

Всего понемногу
Всего понемногу – путь, ведущий к вырождению скорее, нежели к совершенству.

Нельзя сказать, что сериал был вырожденческим изначально или начал вырождаться сразу же. Определяющим стал третий фильм – если первые два («Годзилла» и «Годзилла снова нападает») были погодками (54-го и 55-го соответственно), то третий – «Кинг-Конг против Годзиллы» – вышел только в 62-м, семь лет спустя.

Здесь примечательны два момента – не только название, где Годзилла уступает первое место другому классическому чудовищу (причём чудовищу не специально выдуманному, а взятому готовым со стороны), но и год. Если кто-то в своей святой наивности подумал, что фильм «Кинг-Конг против Годзиллы» стал кроссовером голливудской и японской франшиз, то ему следует быть внимательней к датам – голливудский ремейк «Кинг-Конга», спродюсированный Дино Де Лаурентисом, выйдет только в 1976-м, и к тому моменту японцы успеют сделать ещё один фильм о гигантской обезьяне.

Кинг-Конг широкой дланью отворил ящик Пандоры. Годзилла к тому моменту уже не была единственным героем кайдзю (Исиро Хонда, родоночальник жанра, к 1962-му поставил фильмы «Чудовищный снежный человек», «Радон» (о гигантском птерозавре), «Великий монстр Варан», «Мотра» (о гигантской бабочке) и «Горас» (где действовало рептилеобразное чудовище Магума)), но практика свального греха разных монстров была положена именно в этот момент. Если прежде для каждого из них снимался новый фильм, то в дальнейшем тактика будет прямо противоположной, и новые монстры будут появляться внутри фильмов с уже «раскрученными» персонажами. (Хотя случались и исключения – например, в фильме «Атрагон: Летающая суперсубмарина» появлялся морской змей с нестерпимым (только графически, ударение ставится на первый слог) для отечественного проката именем Манда – он вернется лишь в самом последнем фильме о Годзилле 2004 года, где на арену будут выведены уже все кайдзю всех времён.)

Но подлинный знак распада следует видеть даже не в том, с какой только хренью (pardon, кайдзю) Годзилле приходилось сражаться, а иногда и вступать в кооперацию против общего врага, но в деструкции изначального её устремления – порождённой человеческим неразумием, воздать людям по заслугам, сметя их с лица Земли. В этом отношении голливудская Годзилла образца 1998 года была даже симпатичней и симптоматичней Годзиллы образца 2014-го, хотя это и не избывает общего огорчения от того, что ей суждено было стать ещё одной игрушкой в руках страдающего патологической для человека с фамилией Эммерих тягой разрушения если не всего мира, то хотя бы США как наиболее репрезентативного объекта.

Шиповник в цвету
На развалинах храма.
Путник, решивший
Сократить свой путь к дому,
До ночи здесь простоял.

Всего ничего
Всего ничего, ведь 28 фильмов за полстолетия – не так уж и много.

В истории мирового кинематографа немало случаев, когда изначально имевшее своей природой трэш, впоследствии становилось классикой.

И Годзилла – обрела достойное ей место. Она, самостоятельно и персонифицируя собой всех кайдзю, олицетворяет японское кино не меньше, чем самураи Куросавы и якудза Китано.

И когда в мультфильме Сатоси Кона «Актриса тысячелетия» где-то на середине пути главной героини сквозь историю японского кинематографа от исторических эпиков Куросавы и социальных драм Одзу к футуристическим блокбастерам в бесконечных поисках навсегда потерянного возлюбленного вдруг возникает нечто вполне годзиллообразное – это не может казаться сколько-нибудь неуместным.

Из мультфильма «Актриса тысячелетия»

Из мультфильма «Актриса тысячелетия»

Признаться, это неожиданное явление монстра посреди сентиментального и по-хорошему трогательного мультфильма, полного цитат, заставило меня захлопать в ладоши от восхищения. Второй раз я был так растроган только в момент явления в четвёртом «Терминаторе» проекции молодого Шварценеггера, вдруг выступившего сквозь завесу пара – тоже ведь киномонстр своего рода.

Полстолетия – всего ничего? Но ведь и не мало. Наверное, я уже стар, и выхолощенные, стерильные блокбастеры последних лет не вызывают вообще какого-либо отклика – что уж говорить о соучастии и симпатии.

И вовсе нет уже того, чем могло бы умилиться сердце.

Что жизнь мотылька? –
Мгновенье, жизни нашей
Немногим кратче.
Летит к Земле комета –
Ей долго ещё лететь.

 

 

Всего хорошего
«Всего хорошего!» – лучшее, что остаётся пожелать Годзилле. Проститься с ней навсегда.

Худшее, что может случиться с Годзиллой сейчас – ещё один перезапуск франшизы после нового голливудского блокбастера точно так же, как фильм Эммериха инициировал в 1999 году вошедший в историю под название эры Синсэй цикл из шести фильмов.

Годзилле больше нет места в этом мире – после того, как этому миру явили идеальное и от того неживое воплощение, ведь в Японии вплоть до самого финала Годзиллу играл актёр в резиновом костюме – технология, воистину смехотворная для современного зрителя (ведь уже у Эммериха монстр был нарисован на компьютере, пусть и несовершенно и всё больше со спины), хотя Цутому Китагава, последний исполнитель роли Годзиллы в Японии, все ещё оживлял собой пластик и резину, на смену которой пришла безликая и бездушная цифра.

Но нет и того мира, где была возможной Годзилла. Того мира, который мог наивно содрогаться при виде гигантской ящерицы, расшвыривающей трамваи по улицам Токио и пылающей атомным пламенем. Неслучайно в фильмах Эммериха и Эдвардса действие переносится в Америку (ну а где ещё может вершиться судьба мира?). И если в «Симпсонах» явление Годзиллы во время японского вояжа было подано не без иронии, но сам факт культурной и национальной специфичности не оспаривался, то отныне никакой специфичности ждать не придётся. Где твоя Годзилла, Япония? Где ты сама?

Краткое содержание последних секунд мультфильма «30 минут в Токио» (23-й эпизод 10-го сезона «Симпсонов»)

Краткое содержание последних секунд
мультфильма «30 минут в Токио» (23-й эпизод 10-го сезона «Симпсонов»)

И если сериал эпохи Синсэй и был содержательно и стилистически избыточен, но он всё равно сделал важную вещь – позволил Годзилле уйти. Просто уйти, а не вновь погибнуть, чтобы после опять воскреснуть. Уйти навсегда – без нашего томительного ожидания возвращения, которое уже невозможно.

Всего хорошего, Годзилла. Прощай. Оставь в покое мир, который более недостоин тебя. Прощай навсегда.

Финальных войн» финал

Финальных войн» финал

Ты была прекрасна.

С фонарём в руке
В ночь из хижины выйду.
Пусть он озарит
Тропу, мой друг, которой
Ты шёл ко мне в моём сне.

1 comment for “Годзилла Mon Amour: Песнь навсегда ушедшему вослед

  1. Андрей Бодров
    06.06.2015 at 14:07

    Японскую «Годзиллу» вспоминаю с исключительной теплотой, хотя за вычетом лет почти ничего не помню, кроме одной серии, где она была, кажется, в компании гигантской бабочки и еще какого-то летающего черта. По-моему, «Годзилла» Эммериха скорее уж копирует вторую часть «Парка Юрского периода», где тиранозавр в финале тоже бегал по городу. Может, вся беда в том, что память сейчас «не в тренде», а без нее Годзилла — всего лишь очередной киношный монстр, подлежащий уничтожению со стороны бравых героев, а не плод неизбывной рефлексии о Хиросиме и Нагасаки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.